Батумский ботанический сад.
Главная Мой профильРегистрация ВыходВход
Вы вошли как Гость · Группа "Гости"Приветствую Вас, Гость · RSS
Меню сайта
Форма входа
Мини чат
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
 Батумский ботанический сад

Установите современный браузер без рекламы!
     

 

       Андрей Николаевич Краснов

 

 

    К 100летнему юбилею 3 ноября 2012

Нравится М.Т. Мазуренко  Доктор биологических наук. Профессор. (19.10.1935 - 25.06.2013).

 

Воспоминания о Батумском ботаническом саде.
М.Т.Мазуренко.
К 100летнему юбилею3 ноября 2012


100 лет назад территория Батумского края – приморская Аджария представляла собой царство болот и малярии. Желтая лихорадка была злостным бичом населения. От нее убегали в горы.
 В 1912 году в момент организации Батумского ботанического сада приморский холм протянувшийся от Зеленого мыса до поселка Чаква, предназначенный для строительства ботанического сада, был покрыт девственным лесом из бука, каштана и граба с подлеском шкериан – из рододендрона понтийского и лавровишни лекарственной.
К тому торжественному моменту подготовка к организации ботанического сада шла уже два десятилетия, когда в девяностые годы 19 века были организованы две крупные экспедиции в юго-восточную Азию. Возглавлял их  известный ботаник А.Н.Краснов. Главной целью этих экспедиций было внедрение чая китайского в Аджарию – этой чрезвычайно ценной породы. Из этих экспедиций были привезены и многие другие растения ценных пород, которые первоначально были высажены в питомнике поселка Чаква.
 Гений А.Н.Краснова проявился в том, что он будучи ученым широкого профиля: Ботаником, географом, автором учения о ландшафтах, решил создать на выделенной под ботанический сад территории фрагменты субтропических областей мира. Влажный субтропический климат приморской части Аджарии очень подходил для этой цели.
 Привезенные из юго-восточной Азии растения быстро подрастали. Но для посадок было необходимо расчистить территорию. Спланировать географические отделы. Наметить места посадок. Опыт и талант А.Н.Краснова позволил это сделать. Он сам руководил посадками – создав основу уникального сада. Но через 2 года, когда сад был только заложен и произведены главные посадки – Краснов умер.
Судьба сада беспокоила общественность. В Харькове был объявлен сбор средств на поддержку начатого большого дела. Известна пословица о том что каждый человек дожжен построить дом, посадить дерево.
 А.Н.Краснов за свою жизнь построил свой большой научный дом, а также посадил деревья – положив основу знаменитого ботанического сада. Слава основателю предвидевшего своим гениальным взглядом будущий облик тенистых рощ замечательного дендропарка, где можно в полной мере представить себе хвойные леса Северной Америки, нарядные рощи азалий южной Японии, туманные предгорья Гималаев. Гиганты эвкалипты далекой Австралии, цветущие сады Флориды. Красота поднебесная!
На крутых холмах над Черным мрем обильно снабжающим влагой растительность побережья быстро подрастали посаженные при Краснове деревья. Возник, как в сказке, уникальный ботанический сад.
А.Н.Краснов, кроме того был одним из основателей в Российской империи ресурсоведения- важной науки обеспечивающей активное освоение края культурными растениями.  А.Н. пропагандировал внедрение 12 даров востока: цитрусовых, чая, хурмы, эриоботрии, бамбуков, тунга, рами, ямса, бананов, камфарного дерева, лакового дерева, воскового дерева.
Значение вклада А.Н. Краснова в развитие растениеводства Аджарии было оценено его современниками и последователями. К 50 летию ботанического сада в 1962 году был установлен на его могиле памятник. Но странным образом ботанический сад не носит имени его создателя, как это принято традицией многих ботанических садов. Надеюсь сегодня эта оплошность будет исправлена.
Полвека спустя после организации сада, в свои студенческие годы, с 1954 по 1960 годы, когда я работала в ботаническом саду садоводом – я видела творение А.Н.Краснова в полном своем развитии. Высокие, более 30 м эвкалипты расправили пышные кроны. Рощами кедров и кипарисов покрылся гималайский холм, изящные японские садики спускались в затененную долину девственного леса. Крутыми подъемами и спусками я попадала в темную так называемую Орегонскую балку с кипарсами, соснами. Проходила роскошной аллеей из кипарисовика Лавсона к могиле А.Н.Крснова. Оттуда шла мимо длиннхвойных сосен Монтецумы. Сспускалась к рощам североамериканских дубов, к загадочным таксодиям с торчащими пневматофорами.!

Огромны, более 100 га дендропарк насчитывал более двух тысяч видов и разновидностей, очаровывал необычной экзотической красотой: огромными, словно зеленые флаги листьями бананов и фатций, пальмами с листьями- опахалами, плакучими формами, яркостью красок, крупными многочисленными цветками и плодами. Причем это впечатление сад создавал круглый год!
В дни юбилея стоит обратить пристальное внимание не только на гениального основателя сада. Но и на тех, кто продолжил его благородное дело. После смерти основателя сада молодые посадки требовали тщательного ухода. Во влажном и теплом климате сорная трава в летний период очень быстро растет и угнетает молодые посадки. Садоводы продолжили дело Краснова, тщательно ухаживали за посадками. Через два года после смерти А.Н. в 1916 году директором сада стал Иван Владимирович Палибин – очень грамотный ботаник. Мы его знаем как знаменитого палеобтаника, но именно ему принадлежит честь сохранения молодых посадок сделанных А.Н.Красновым.  В это время продолжалась расчистка дебрей девственного леса, прокладка дорог и тропинок.
Стоит вспомнить какое это было революционное время. Шла первая мировая война. В Батуми в это время побывали турки, затем англичане, меньшевики. В 1921 году  произошла советизация Грузии. И все эти годы И.В. Палибин сохранял ботанический сад. Он его покинул в 1924 году в связи с переездом в Ленинград, на работу в Ботанический институт. В качестве директора ботанического сада его сменил Григол Семенович Цкитишвили.
 В южной Колхиде наступил знаменательный период. Придавалось большое значение развитию Колхиды. Сажали на холмах чай, на болотах эвкалипты, боролись с малярией. Строились чайные фабрики. Появились плантации тунга. Особое внимание уделялось чаю и цитрусовым. С 1925 года ботанический сад стал основным учреждением по развитию растениеводства в Аджарии.
Батумский ботанический сад стал играть роль экспериментальной станции по внедрению новых ценных культур. Производились посадки хурмы, тунга, камелии масличной, хинного дерева и др. Сажали ценные хвойные породы, бамбук и др. Шло активное пополнение коллекции. Стал издаваться делектус.
Значение ботанического сада как научного учреждения усилилось в связи с тем что он перешел в ведение академии наук и его на короткое время возглавил академик Б.Келер, а затем сменил А.С.Кекелидзе проработавший в ботаническом саду вплоть  до 1938 года, когда на следующие 12 лет  стал директором Георгий Гергиевич Мхеидзе проработавший в ботаническом саду с 1938 по 1950 годы. На его плечи легли трудные годы великой отечественной войны.
Моя мама Вероника Генриховна Зельгейм поступила на работу –заведующей библиотекой Батумского ботанического сада в 1948 году по рекомендации Георгия Георгиевича. Я неоднократно слышала о нем как об образцовом интеллигентном руководителе.
В то время я была школьницей и, приходя к маме в библиотеку иногда встречала крупного, с добрым лицом импозантного пожилого человека. Он был начальником. При нем сотрудники робели. Но настоящего страха он не вызывал. .Иногда мама, по дороге домой заглядывала в гостеприимный дом Мхеидзе. Он находился рядом с дачей Ратишвили. С женой Георгия Георгиевича Еленой Алексеевной Шехавской мама поддерживала дружеские отношения. Мама дружила и с племянницей Георгия Георгиевича – Шурочкой – Александрой Владимировной, которая преподавала в начальной школе, расположенной на первом этаже жилого дома в центре сада.
Георгия Георгиевича в 1950 году сменил Давид Владимирович Манджавидзе. Как и Г.Г.Мхеидзе он был родом из Имеретии.
Я поступила на работу в ботанический сад в 1954 году в должности садовода.
 Тогда в ботаническом саду было два приоритетных направления. Это интродукция растений- введение новых растений в коллекцию ботанического сада и изучение природной флоры Аджарии. Заведующей отделом в то время была Александра Алексеевна Дмитриева заканчивавшая обработку флоры Аджарии. Под ее началом находился и гербарий ботанического сада.
Трудности экспедиций были связаны с горным рельефом страны и строгим пограничным режимом. Шавшетский хребет по вершине которого проходила граница между Аджарией и Турцией был недоступен для ботаников. Директор сада Давид Владимирович Манджавидзе изучал леса Аджарии.
Что касается интродукции, каждый географический участок курировал научный сотрудник. Наибольший по площади и по составу занимал восточно-азиатский. Он находился в центре сада, включая гималайскую горку на вершине которой стоял дом сотрудников ботанического сада. Куратором восточно- азиатского участка была Галина Алексеевна Морозова – одна из старейших работников сада. Она пришла в сад в 1928 году и в начале работала под руководством талантливого интродуктора С.Г. Гинкула.
 Большой по площади северо-американский учасок возглавлял Ашот Багратович Матинян, Новозеландский вместе с Автралийским Ш. Баланчивадзе. Георгий Авденагович Габричидзе был заведующим отделом интродукции и курировал в основном парки. Два больших парка при имениях Баратова и Татаринова были присоединены к территории сада.
Несмотря на то, что в течение всего 70 летнего периода советской власти в Батумском ботаническом саду не было ни одной экспедиции заграницу – коллекция сада активно пополнялась за счет обменного фонда семян между ботаническими садами мира.. Семена выписывались по делектусу.
 Полученные по делектусам семена высевались в специальной оранжерейке. А затем сеянцы подращивались на питомнике. В конечном результате их высаживали на постоянное место. Основной ландшафтсада был уже создан. Поэтому новые поступления вливались в общую структуру ландшафта. Коллекция расширялась. Шел обмен и живыми растениями между ботаническими учреждениями чернморскоого побережья: Сухумским ботаническим садом, Сочинским дендрарием и др. Но самая богатая коллекция была в Батумском ботаническом саду.
 Сотрудники отдела интродукции работали на бывшей даче Баратова (а ранее Д Альфонса).
Мои студенческие годы с 1954 по 1960 годы прошли в Батумском ботаническом саду. Я училась заочно. В этом замечательном ботаническом саду я стала ботаником. Работала под началом Ашота Багратовича Матиняна.
Я сидела в большой комнате рядом с А.Б.Матиняном и Г.А.Морозовой. Поэтому и знала их лучше в сравнении с другими сотрудниками. Георгий Авденагович занимал отдельный кабинет, как и полагалось начальнику. Рядом в кабинетах –бывших жилых помещениях особняка – работал Ш. Бланчивадзе и Т.Л.Самхарадзе – тогда аспирантка, заканчивавшая диссертацию по анатомии тунга.
 Я под началом Ашота Багратовича отвечала за своевременный сбор семян, их сушку, упаковку, рассылку. Кроме этого, в качестве лаборанта помогала Ашоту Багратовичу с посевом семян американских растений. Уходом за посадками. В отделе работал верхолаз Трифон Уплисович Лилуашвили. Мне он казался пожилым. Однако, он очень ловко забирался на высокие деревья.
 Мы с Трифноном по приказу А.Б. у которого было четко расписано, в какое время созревают плоды на том или ином дереве, отправлялись в сад собирать плоды и семена. Запасались, брали с собой пакеты, корзины, мешочки. Поднимались на холмы к нужным растениям. Трифон ловко забирался на самые высокие деревья, ловко собирал плоды. Срезал ветки с плодами. Я укладывала плоды в мешки, писала этикетки. К вечеру, к концу работы, нагруженные мы с Трифоном возвращались в отдел. Там нужно было разложить плоды на противни. Написать этикетки. Предстояла просушка и отбор семян.
Высушенные семена укладывались в коробки. Зимой эти семена высылали по заказам. Эту работу я проделывала под руководством тихого, молчаливого Ашота Багратовича. Он мне казался строгим. Нет,он не был строгим , он был крайне дисциплинированным. И к себе он был требовательным.
 А.Б. никогда не повышал голос. Был очень аккуратным.
Мы с ним никогда не разговаривали ни на личные, ни на ботанические темы. Но он не командовал, не поучал. Он послужил для меня, в самом начале моей жизни в ботанике примером серьезного отношения к науке, собранности. Ашот Багратович никогда меня не ругал, хотя было за что, называл меня «деточка». Это был высоконравственный человек. Именно он посоветовал мне собирать коллекцию шишек хвойных растений. Это был мой первый начальник и учитель.
Не торопясь, последовательно он разносторонне исследовал биологию американских растений. Он как и Галина Алексеевна пополнял коллекцию сада. Ежегодно выходили его работы по интродукции. Благодаря Ашоту Багратовичу я узнала растения ботанического сада, что послужило основной для дальнейшего моего становления как ботаника. Именно А.Б. обратил внимание на способность интродуцентов самостоятельно возобновляться и внедряться в природную растительность.
 Благодаря этой особенности ботанический сад превратился в своеобразные искусственные ценозы в коорых верхний полог – деревья - это посадки. А кустарники и особенно травы – нижний полог – естественный.
 Стоит обратить внимание на то, что существование этих искусственных группировок зависит от длительности жизни деревьев, многие из которых ровесники ХХ века требуют возобновления.
По отечески относился ко мне и Г.А. Габричидзе. Я иногда слышала как он горячился, кричал на подчиненных. Но на меня он ни разу не повышал голоса. В то время он занимался посадками, организацией Приморского парка у платформы «Ботанический сад». Долина речки пересекающей ботанический сад у своего впадения не была в то время освоена посадками.
 Ботанический сад был полон очарования. Это была не только живая энциклопедия субтропических растений – это был прекрасный приближенный к дикой природе сад. Все было как в девственном лесу.
 Необычные картины поражали воображение. Всю красоту ботанического сада трудно описать. Отдельные его уголки, растения, производят неповторимое впечатление в разное время года! Например зимой, в феврале, когда цветение камелии японкой идет на убыль ее цветки опадают целиком. Выпал снег и на белом ковре под деревьями образовался красочный ковер из алых цветков на белом фоне.
Зимние дни в солнечную погоду полны тихого очарования. Одно из самых красивых и обильно цветущих растений в это время – акация беловатая или как ее называют в народе – мимоза. Огромные желтые пушистые ветви желтеют, издавая приятный аромат. А каждое маленькое соцветие напоминает новорожденного цыпленка. На фоне яркого голубого неба – картина завораживающая! И это все зимой! Никакое описание не может создать истинного впечатления от очарования с живыми растениями.
 Прошло много лет. Я работала в Москве, затем в Магадане. Видела много красивого. Но меня тянуло на родину. Я вновь приехала в Батумский ботанический сад уже не садоводом, а научным сотрудником. Опять в течение 10 лет я любовалась красотами ботанического сада. Но первые впечатления самые дорогие… Желаю 100 летнему саду сохранить очарование особенной природы северных субтропиков!

Дирекция Батумского ботанического сада

 
Бабин А.П.
Copyright MyCorp © 2017

Бесплатный конструктор сайтов - uCoz